Квартирные дела

Между прочим, мои квартирные дела не решались. Меня как демобилизованного поставили на учёт по специальному списку. Но строили тогда очень мало, а кроме того, квартиры, которые должны были получить мы, уходили по блату. Сколько было испытано унижений в этой приёмной горсовета (которая и сейчас находится на том же месте)! Там сидел «чин», который распоряжался этим делом (кстати, бывший работник СМЕРШа). Однажды он предложил на 4-1 Дачной (вдали от трамвайной остановки) 2 комнаты в трёхкомнатной квартире. Я ездил, смотрел, но район мне не понравился. Я отказался, чем прогневил «чина».

Как-то мы все, отставники-офицеры, написали письмо в Москву, в центр, с жалобой. Я тоже подписал. После жалоба вернулась в обком партии, нас всех собрали и разбирали нашу жалобу. Выявились большие нарушения очерёдности. Но в общем всё пошло по-прежнему.

Я для продвижения этого дела попросил Евгения Перегудова (мужа моей двоюродной сестры Ольги Сычёвой); он был вместе со мной у зам. Председателя горсовета, с которым он был знаком. Тот пообещал. Помню, после этого я пригласил Перегудова в ресторан «Москва». В то время я не пил вина («завязал»), но он за столиком сказал, что пить один не будет. Пришлось нарушить свой «обет». Но не повезло с этим ходатайством. Женя Перегудов сильно заболел (опухоль мозга, см. коды МКБ-10) и вскоре скончался в 1956 году. В этой связи вспоминается смерть зятя Павла. По приезде с Дальнего Востока я его увидел тяжело больного. Туберкулёз вёл его к концу. Он очень страдал от страшных болей.

Жаль, очень жаль его было. Как-то сижу на работе; мне звонят из дома, что он скончался. Я, Александр (брат) и племянник Виктор (сын Павла) решали вопросы места на кладбище и могилы. И вот, когда его хоронили, Евгений Перегудов шёл вместе с нами и всё ругал друзей Павла, которые соблазняли его на выпивку, ему же пить было, конечно, нельзя. К сожалению, и я с Александром выпивал с ним, не понимая, что делаю. Правда, года за два до кончины он бросил пить совершенно, но было уже поздно; болезнь развивалась, и её уже не было возможности остановить. Мои неприятности с получением квартиры усугублялись постоянными напоминаниями Савелия Фёдоровича (мужа сестры Тани, в доме которых мы жили), чтобы я освободил квартиру. Дело, конечно, было в основном в оплате. Но платить много я не мог. Получал я немного, Шура не работала. Савелий Фёдорович даже не провёл в мою квартиру газ при прокладке газа, и мы готовили на примусе. Кроме того, племянница Нина (дочь Тани) с мужем вернулась в Саратов, и я уступил им тёмную комнату, в которой пробили окно в соседний двор. Новой дверью эта комната соединялась с квартирой Тани.

Comments are closed.

Уголок неба - Большая
авиационная энциклопедия Портал Саратова